Вечер, посвященный борису пастернаку - - сценарии сценарии

Вечер, посвященный борису пастернаку - - сценарии сценарии

сценарии сценарии Вечер, посвященный Борису Пастернаку - сценарий - Оформление сцены:
1. Портрет поэта.
2. Плакаты с отрывками из стихов.
а) Жить и сгорать у всех в обычае,
Но жизнь тогда лишь обессмертишь,
Когда ей к славе и величию
Своею жертвой путь прочертишь.
б) Во всем мне хочется дойти
До самой сути.
В работе, в поисках пути,
В сердечной смуте.
в) Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать...
Но быть живым, живым и только,
Живым и только до конца.
3. Перечень сборников поэта.
Близнец в тучах 1914 г.
Поверх барьеров 1917 г.
Сестра моя - жизнь 1922 г.
Темы и вариации 1923 г.
Поверх барьеров 1929 г.



Второе рождение 1932 г.
На ранних поездах 1943 г.
Когда разгуляется 1959 г.

(Звучит фонограмма песни А. Галича Памяти Бориса Пастернака)

ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ.
Жить и сгорать у всех в обычае,
Но жизнь тогда лишь обессмертишь,
Когда ей к славе и величию
Своею жертвой путь прочертишь.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Эти строки Бориса Пастернака как нельзя лучше отражают суть его жизни, жизни художника, жертвой прочертившего путь к славе и величию.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Борис Леонидович Пастернак родился 29 января (10 февраля) 1890 г. в Москве. В семье молодого живописца Леонида Пастернака и пианистки Розалии Исидоровны Пастернак-Кауфман искусство сливалось с повседневностью.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Дома устраивались музыкальные вечера, на которых бывали друзья отца - Поленов, Левитан, Серов. Послушать известную пианистку приезжал Л.Н. Толстой. Одним из ближайших друзей семьи был С. Скрябин.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Мальчик рос под звуки фортепиано, окруженный живописными работами отца. Этот синтез музыки, живописи и поэзии отразился в его творчестве даже текстуально.

ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ (на фоне музыки П.И. Чайковского Осенний вальс на сцену проецируется Золотая осень И.И. Левитана).
Октябрь серебристо-ореховый,
Блеск заморозков оловянный.
Осенние сумерки Чехова,
Чайковского и Левитана.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Поэт считал обстановку родительского дома основой своего художественного становления. Позже он писал: Я, сын художника, искусство и больших людей видел с первых дней и к высокому и исключительному привык относиться как к природе, как живой норме.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Летом 1903 г. Б. Пастернак был поражен и очарован, услыхав как на соседней даче Скрябин сочиняет 3-ю симфонию. В этой гениальной, рождавшейся у него на глазах музыке, мальчик с удивлением узнавал окружающую природу, гудение леса, пение птиц.
ЧТЕЦ (под музыку А. Вивальди Времена года). А. Пластов Летом
Тянулось в жажде к хоботкам
И бабочкам и пятнам,
Обоим память оботкав
Медовым, майным, мятным.
Не ход часов, но звон цепов
С восхода до захода
Вонзался в воздух сном шипов,
Заворожив погоду.
Бывало - нагулявшись всласть,
Закат сдавал цикадам
И звездам, и деревьям власть
Над кухнею и садом.
Не тени - балки месяц клал,
А то бывал в отлучке,
И тихо, тихо ночь текла
Трусцой, от тучки к тучке.
Скорей со сна, чем с крыш; скорей
Забывчивый, чем робкий,
Топтался дождик у дверей,
И пахло винной пробкой.
Так пахла пыль, так пах бурьян.
И, если разобраться,
Так пахли прописи дворян
О равенстве и братстве.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Впечатление было таким сильным, что вызвало решение, не откладывая, профессионально учиться музыкальной композиции. Одновременно с гимназией он практически прошел курс консерватории под руководством Р.Глиэра.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Однако композитором он не стал, пронеся сквозь всю жизнь любовь к музыке, мелодичность поэзии, саму музыку в стихе.




(На сцену проецируется М. Врубель Лебедь)

ЧТЕЦ (на фоне музыки Сен-Санса Лебедь). Стихотворение Импровизация.
Я клавишей стаю кормил с руки
Под шлопанье крыльев, плеск и клекот.
Я вытянул руки, я встал на носки,
Рукав завернулся, ночь терлась о локоть.
И было темно. И это был труд.
И волны. И птиц из породы люблю вас,
Казалось, скорей умертвят, чем умрут
Крикливые черные крепкие клювы.
И это был труд. И было темно.
Пылали кубышки с полуночным дегтем.
И было волною обглодано дно
У лодки. И грызлися птицы у локтя.
И ночь полоскалась в гортанях запруд.
Казалось, покамест птенец не накормлен,
И самки скорей умертвят, чем умрут
Рулады в крикливом, искривленном горле.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Как прошло расставание с мечтой стать композитором поэт рассказал в автобиографической повести Охранная грамота.
ЧТЕЦ (отрывок из повести Охранная грамота). Больше всего на свете я любил музыку, больше всех в ней Скрябина. Музыкально лепетать я начал незадолго до первого в ним знакомства. К его возвращению из-за границы я был учеником одного поныне здравствующего композитора. Мне оставалось еще только пройти оркестровку. Говорили всякое, впрочем, важно лишь то, что если бы говорили и противное, все равно жизни вне музыки я себе не представлял.
Но у меня не было абсолютно нет слуха. Так называется способность узнавать высоту любой произвольно взятой ноты. Отсутствие качества, ни в какой связи с общею музыкальностью не состоящего, но которым в полной мере обладала моя мать, не давало мне покоя. Если бы музыка была мне поприщем, как казалось со стороны, я бы этим абсолютным слухом не интересовался. Я знал, что его нет у выдающихся современных композиторов, и, как думают, может быть, и Вагнер, и Чайковский были его лишены. Но музыка для меня была культом, то есть той разрушительной точкой, в которую собиралось все, что было самого суеверного и самоотреченного во мне.

У меня было несколько серьезных работ. Теперь их предстояло показать моему кумиру. Первую вещь я играл с волнением, вторую - почти справясь с ним, третью - поддавшись напору нового и непредвиденного. Случайно взгляд мой упал на слушавшего. Следуя постепенности исполнения, он сперва поднял голову, потом брови, наконец, весь расцветши, поднялся и сам и, сопровождая изменение мелодии неуловимыми изменениями улыбки, поплыл ко мне по ее ритмической перспективе. Все это ему нравилось. Он пустился уверять меня, что о музыкальных способностях говорить нелепо, когда на лицо несравненно большее, и мне в музыке дано сказать свое слово. В ссылках на промелькнувшие эпизоды он подсел к роялю, чтобы повторить один, наиболее его привлекший. Оборот был сложен, я не ждал, чтобы он воспроизвел его в точности, но произошла другая неожиданность, он повторил его не в той тональности, и недостаток, так мучивший меня все эти годы, брызнул из-под его рук, как его собственный.
И, опять, предпочтя красноречью факта превратности гаданья, я вздрогнул и задумал надвое. Если на признанье он возразит мне: Боря, но ведь этого нет и у меня; тогда - хорошо, тогда значит, не я навязываюсь музыке а она сама суждена мне. Если же речь зайдет о Вагнере и Чайковском, о настройщиках и так далее, - но я уже приступал к тревожному предмету и перебитый на полуслове, уже глотал в ответ: Абсолютный слух? После всего, что я сказал вам? А Вагнер? А Чайковский? А сотни настройщиков, которые наделены им?...
Я не знал, прощаясь, как благодарить его. Что-то подымалось во мне. Что-то плакало, что-то ликовало.
Я шел переулками, чаще надобности переходя дорогу. Совершенно без моего ведома во мне таял и надламывался мир, еще накануне казавшийся навсегда - навсегда прирожденным. Я шел, с каждым поворотом все больше прибавляя шагу, и не знал, что в эту ночь уже рву с музыкой.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. В 1908 г. Борис поступает в Московский университет сначала на юридический, а затем на философский факультет. Он хочет проникнуть в суть вещей.



ЧТЕЦ.
Во всем мне хочется дойти
До самой сути.
В работе, в поисках пути,
В сердечной смуте.
До сущности протекших дней,
До их причины.
До оснований, до корней,
До сердцевины.
Все время схватывая нить
Судеб, событий,
Жить, думать, чувствовать, любить,
Свершать открытья.
О, если бы я только мог
Хотя отчасти,
Я написал бы восемь строк
О свойствах страсти.
О беззаконьях, о грехах,
Бегах, погонях,
Нечаянностях впопыхах,
Локтях, ладонях.
Я вывел бы ее закон,
Ее начало.
И повторял ее имен
Инициалы ...
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Занятия философией отразятся и в поэзии. Целый цикл Пастернак так и назовет, а открывать его будет стихотворение Определение поэзии.
ЧТЕЦ.
Это - круто налившийся свист,
Это - щелканье сдавленных льдинок,
Это - ночь, леденящая лист,
Это - двух соловьев поединок.
Это - сладкий заглохший горох,
Это - слезы вселенной в лопатках,
Это - с пультов и флейт - Фигаро
Низвергается градом на грядку.
Все, что ночи так важно сыскать
На глубоких купаленных доньях,
И звезду донести до садка
На трепещущих мокрых ладонях.
Площе досок в воде - духота.
Небосвод завалился ольхою,
Этим звездам к лицу б хохотать,
Ан вселенная - место глухое.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Но увлеченье, очень серьезное, философией не станет судьбой. В 1912 г. Б.Пастернак на 3 летних месяца поехал в Марбургский университет, тогдашний центр философской мысли, где преподавали такие светила, как Наторн, Коген, Гартман.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Борис с успехом занимается у всех трех. Ему даже предложили через год вернуться в Марбург для защиты докторской диссертации. Но...
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Судьба распорядилась иначе. Случайно в Марбурге Пастернак встречает девушку, которую любил. После неудачного предложения он решает не рассуждать о жизни, а жить и писать стихи.

ЧТЕЦ (стихотворение Марбург).
Я вздрагивал. Я загорался и гас,
Я трясся: я сделал сейчас предложенье, -
Но поздно, я сдрейфил, и вот мне - отказ.
Как жаль ее слез: я святого блаженней!
Я вышел на площадь. Я мог быть сочтен
Вторично родившимся. Каждая малость
Жила и, не ставя меня ни во что,
В прощальном значеньи своем подымалась.
Плитняк раскалялся, и улицы лоб
Был смугл, и на небо глядел исподлобья
Булыжник, и ветер, как лодочник, греб
По липам. И все это были подобья.
Но как бы то ни было, я избегал
Их взглядов. Я не замечал их приветствий.
Я знать ничего не хотел из богатств.
Я вон вырывался, чтоб не разреветься...
В тот день всю тебя от гребенок до ног,
Как трагик в провинции драму Шекспирову,
Носил я с собою и знал назубок,
Шатался по городу и репетировал.
Когда я упал пред тобой, охватив
Туман этот, лед этот, эту поверхность
(Как ты хороша!) - этот вихрь духоты...
О чем ты? Опомнись! Пропало. Отвергнут...
Нет, я не пойду туда завтра. Отказ -
Полнее прощанья. Все ясно. Мы квиты.
Вокзальная сутолока не про нас.
Что будет со мною, старинные плиты?
Повсюду портпледы разложат туман.
И в обе оконницы вставят по месяцу.
Тоска пассажиркой скользнет по томам
И с книжкою на оттоманке поместится.
Чего же я трушу? Ведь я, как грамматику,
Бессонницу знаю. У нас с ней союз.
Зачем же я, словно прихода лунатика,
Явления мыслей привычных боюсь?
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Весной 1913 г. Пастернак блестяще закончил университет.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. А одновременно появились в печати первые стихотворения поэта.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Пятеро молодых людей на собственные деньги издали небольшой альманах Лирика.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. В этот альманах вошли 5 стихотворений поэта. Первым из них, любимым и открывавшим затем многие сборники стало стихотворение Февраль. Достать чернил и плакать.

ЧТЕЦ (на сцену проецируется М. Чурленис. Соната Весны. Андигро)
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен
Чрез благовест, чрез клин колес
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И, чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. За последующие почти 50 лет творчества Б. Пастернак напишет всего восемь поэтических книг:
1914 г. - Близнец в тучах
1917 г. - Поверх барьеров
1922 г. - Сестра моя жизнь
1923 г. - Темы и вариации
1929 г. - Поверх барьеров
1932 г. - Второе рождение
1943 г. - На ранних поездах
1959 г. - Когда разгуляется.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Это очень немного для такого поэта как Б. Пастернак. В чем же дело? Поэтическая немота?
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. А дело в том, что основной темой поэзии был человек, его душа, переживания, становление человеческой личности. А в изменившемся вокруг поэта мире эти понятия потеряли право на существование.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Сам Б. Пастернак писал: Стихи не заражают больше воздуха, каковы бы ни были их достоинства. Разносящей средой звучания является личность. Старая личность разрушается, новая не сформировалась. Без резонанса лирика немыслима.
ЧТЕЦ. Другу.
Иль я не знаю, что, в потемки тычась,
Вовек не вышла б к свету темнота,
И я урод, и счастье сотен тысяч
Не ближе мне пустого счастья ста ?
И разве я не мерюсь пятилеткой,
Не падаю, не подымаюсь с ней ?
Но как мне быть с моей грудною клеткой
И с тем, что всякой косности косней ?
Напрасно в дни великого совета,
Где высшей страсти отданы места,
Оставлена вакансия поэта:
Она опасна, если не пуста.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Не могли не отразиться на творчестве поэта и политические перемены, произошедшие в общественной жизни.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. В своем дневнике он записал:
Именно в 36-м году, когда начались эти страшные процессы, все сломилось во мне, и единение со временем перешло в сопротивление ему, которое я не скрывал. Я ушел в переводы. Личное творчество кончилось.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. В годы войны и сталинского террора вечным спутником, духовным примером и собеседником Пастернака стал В. Шекспир.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Переводы из Шекспира были не только источником заработка, но давали ему нравственную опору.
ЧТЕЦ. (Гамлет или сонет В. Шекспира в переводе Б. Пастернака).
Гул затих. Я вышел на подмостки,
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.
На меня наставлен сумрак ночи
Тысячью биноклей на оси,
Если только можно, Авва Отче,
Чашу эту мимо пронести.
Я люблю твой замысел упрямый
И играть согласен эту роль.
Но сейчас идет другая драма,
И на этот раз меня уволь.
Но продуман распорядок действий,
И не отвратим конец пути.
Я один, все тонет в фарисействе,
Жизнь прожить - не поле перейти.
Измучась всем, я умереть хочу.
Тоска смотреть, как мается бедняк,
И как шутя живется богачу,
И доверять, и попадать впросак,
И наблюдать, как наглость лезет в свет,
И честь девичья катится ко дну,
И знать, что ходу совершенствам нет,
И видеть мощь у немощи в плену,
И вспоминать, что мысли заткнут рот,
И разум сносит глупости хулу,
И прямодушье простотой слывет,
И доброта прислуживает злу.
Измучась всем, не стал бы жить и дня,
Но другу трудно будет без меня.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Радость победы в войне возрождала надежды на долгожданное обновление общества. Радостные предвестия свободы оказались ложными, но в их свете Пастернак начал писать роман Доктор Живаго - свое последнее, любимое и трудное дитя.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Роман стал почти автобиографическим. В основу любовного треугольника в романе легла личная драма поэта, история его любви с Ольгой Ивинской.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Их любовь вспыхнула, как свеча, жизнь вплелась в роман, а роман стал жизнью.
ЧТЕЦ (Зимняя ночь на фоне музыки Негрино Ричеркар или другой мелодичной, например - Ф. Лей Мужчина и женщина).
Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.
Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.
И падали два башмачка
Со стуком на пол,
И воск слезами с ночника
На платье капал.
И все терялось в снежной мгле
Седой и белой,
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.
Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Последние поправки в текст романа были внесены зимой 1955 года. Предполагалось опубликовать роман в Новом мире в 1956 году, а более чем через год должен был выйти перевод в Италии.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Но публикации в Новом мире не состоялось, его редактор К. Симонов отказался от антисоветского, клеветнического, по его словам, романа.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Выход итальянского перевода остановить было невозможно. И роман, запрещенный на Родине более чем на 30 лет, выходит в Италии в 1957 г. За этим последовали зарубежные и русские издания и переводы практически на все языки мира. Пастернак становится знаменитым на весь мир.
ЧТЕЦ.
Быть знаменитым некрасиво.
Не это подымает ввысь.
Не надо заводить архива,
Над рукописями трястись.
Цель творчества - самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех.
Но надо жить без самозванства,
Так жить, чтобы в конце концов
Привлечь к себе любовь пространства,
Услышать будущего зов.
И надо оставлять пробелы
В судьбе, а не среди бумаг,
Места и главы жизни целой
Отчеркивая на полях.
И окунаться в неизвестность,
И прятать в ней свои шаги,
Как прячется в тумане местность,
Когда в ней не видать ни зги.
Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.
И должен ни единой долькой
Не отступаться от лица,
Но быть живым, живым и только,
Живым и только до конца.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Действительно, победа оказалась равной поражению. В 1958 году поэту была присуждена Нобелевская премия за выдающиеся достижения в современной лирической поэзии и продолжение благородных традиций великой русской прозы. Это было мировое признание, но...
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. На родине поэт оказался изгоем. На страницах газет против Пастернака была развернута кампания: Долой!
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. Любимая женщина оказалась под угрозой ареста. И Б. Пастернак вынужден был отказаться от премии. В эти дни он напишет стихотворение Нобелевская премия.
ЧТЕЦ.
Я пропал, как зверь в загоне. (На фоне фуги ре-минор И. Баха)
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони,
Мне наружу ходу нет.
Темный лес и берег пруда,
Ели сваленной бревно,
Путь отрезан отовсюду,
Будь что будет, все равно.
Что же сделал я за пакость,
Я убийца и злодей?
Я весь мир заставил плакать
Над красой земли моей.
Но и так, почти у гроба,
Верю я, придет пора,
Силу подлости и злобы
Одолеет дух добра.
ПЕРВЫЙ ВЕДУЩИЙ. Эта история будет стоить Пастернаку жизни. Нет, судьба отпустит ему еще год, но год тяжелой болезни, год душевного упадка.
ЧТЕЦ.
О, знал бы я, что так бывает,
Когда пускался на дебют,
Что строчки с кровью - убивают,
Нахлынут горлом и убьют!
От шуток с этой подоплекой
Я б отказался наотрез.
Начало было так далеко,
Так робок первый интерес.
Но старость - это Рим, который
Взамен турусов и колес
Не читки требует с актера,
А полной гибели всерьез.
Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
ВТОРОЙ ВЕДУЩИЙ. А 30 мая 1960 года Б. Пастернак умер в своей постели.
(А. Галич. Памяти Бориса Пастернака)
.........................конкурс Трагикомедия мини-комедия сценарии пьеса в 1 действии юмoристическaя пьесa в стихах мини-сцена конкурс сценарии сценарии
Уважаемый посетитель!
Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Добавление комментария

Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Сбросить