Кубань в xviii - начале xix вв. (Часть i)

Кубань в xviii - начале xix вв. (Часть i)


Б. Е. ФРОЛОВ

Переселение Черноморского казачьего войска на Кубань

Печатается по решению Ученого Совета Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника (КГИАМЗ).

Представляемая работа посвящена малоизученной странице истории освоения Кубани – переселению черноморского казачества на Северо-Западный Кавказ.

Адресуется историкам, преподавателям истории и кубановедения, всем любителям родного края.

Введение

Известный кубанский историк Ф. А. Щербина считал переселение черноморских казаков из-за Буга на Кубань самым массовым переселением в истории России [1]. Позволим себе не согласиться со столь категоричным суждением маститого историка. Достаточно хотя бы вспомнить переселение более 30 тысяч греков (1778 – 1779 г.) из Крымского ханства в Новороссию [2]. Вместе с тем, нельзя не признать масштабность и, самое главное, значимость для страны перевода черноморского казачества на новые земли. Само решение о переселении целого казачьего войска на южные рубежи России являлось, несомненно, стратегическим, оно кардинально повлияло на военно-политическую обстановку на северо-западном Кавказе. Мало того, по нашему мнению, это событие в определенном смысле носило геополитический характер, ибо определило дальнейший ход отечественной и региональной истории.




Вполне естественно, что тема переселения присутствует во всех работах, посвященных истории Кубани. Однако, сведения о переселении во всех, практически без исключения, исторических трудах носят справочный характер и подаются в форме кратких, отрывистых и, порой, несвязных сообщений. Подобная лаконичность, а в подавляющем большинстве случаев и компилятивность изложения, избавляют нас от необходимости историографического обзора. Даже в грандиозном труде Ф. А. Щербины собственно переселению черноморцев отведено всего несколько страниц. К тому же автор, очевидно, в спешке, «выдернул» целый ряд документов из исторического контекста и в итоге создал иллюзорную картину переселения, полную фактографических и хронологических ошибок.


Особняком в этом плане стоит работа П. П. Короленко «Предки кубанских казаков на Днестре» [3]. Тема переселения в этом произведении разработана достаточно обстоятельно, хронологически последовательно и изобилует интересными подробностями. Важно отметить следующее: версии переселения, созданные Ф. А. Щербиной и П. П. Короленко, различаются между собой, как в мелких деталях, так и в значимых моментах настолько существенно, что порой они, становятся диаметрально противоположными. Эти противоречия и вынудили автора обратиться к первоисточникам (оговоримся сразу: во всех спорных случаях прав, по нашему мнению, оказался П. П. Короленко). Итогом их изучения и стала данная работа.

Кратко напомним основные исторические события в плане интересующего нас вопроса. 4 июня 1775 г. русские войска окружили и на следующий день ликвидировали Запорожскую Сечь [4]. Значительное число запорожских казаков бежало в турецкие владения, часть осталась в пределах России. Прошло 12 лет. В 1787 г. императрица Екатерина II предприняла свое знаменитое путешествие по южной России. По свидетельству первых историков Черномории Я. Г. Кухаренко и А. М. Туренко, в Кременчуге князь Г. А. Потемкин представил ей ряд бывших запорожских старшин, которые и поднесли государыне прошение о восстановлении войска Запорожского [5].

Конечно, не могло быть и речи о воссоздании Запорожской Сечи, речь шла о формировании войска из бывших запорожцев, но по образцу войска Донского. Момент для подачи прошения был вполне благоприятный, так как чаяния казачьей старшины совпадали с планами русского правительства. Надвигалась очередная война с Турцией, и власти изыскивали различные меры по усилению военного потенциала страны. Одной из таких мер явилось создание нескольких казачьих войск. Впрочем, существует точка зрения английского историка Изабель де Мадариага, изложенная в монографии «Россия в эпоху Екатерины Великой» (М., 2002. Сс. 635 – 636). По ее мнению, Г. А. Потемкин, скупая украинские и польские земли, и создавая новые казачьи формирования, преследовал свои личные, далеко идущие амбициозные политические цели.




20 августа 1787 г. (день фактического начала войны) князь Г.А. Потемкин отдал следующее распоряжение: «Чтоб иметь в наместничестве Екатеринославском военные команды волонтеров, препоручил я секунд-майорам Сидору Белому и Антону Головатому собрать охотников (добровольцев), и конных и пеших, для лодок, из поселившихся в сем наместничестве служивших в бывшей Сечи Запорожской казаков…» [6]. До этого назначения С. Белый являлся предводителем Херсонского дворянства, а А. Головатый служил капитан-исправником (капитаном земской полиции) в Новомосковске.

Первые результаты сбора «охотников» из бывших запорожцев оказались явно неутешительными, и уже 12 октября Г. А. Потемкин разрешил набирать «охотников из свободных людей» [7]. Вскоре началось зачисление в казаки и государственных крестьян. К концу 1787 г. удалось набрать 600 человек. Руководство волонтерной командой с первых дней было поручено С. И. Белому. В документах осени 1787 г. встречается еще несколько названий этого небольшого воинского контингента: «когорта конных и пеших волонтеров», «вольная запорожская команда» и др. Сам Г. А. Потемкин уже с октября 1787 г. стал употреблять выражение «войско верных казаков». Придание волонтерным командам статуса «войска» (что пока еще слишком претенциозно при столь небольшой численности людей) породило и другие наименования: «Кош верного войска Запорожского», «казаки верного Запорожского коша», «верное Запорожское войско». Однако вскоре все они вытесняются формулой князя Г. А. Потемкина, который в январе 1788 г. назначил подполковника С. И. Белого «Войсковым Атаманом верных казаков» [8]. Казаки находились в непосредственном подчинении Главного Дежурства 3-й, а затем 2-й дивизии Екатеринославской армии.


В ноябре 1788 г. в документах князя Г. А. Потемкина появляется выражение «черноморские казаки». В декабре 1788 г. речь идет уже и о «Черноморском казачьем войске». В одном из документов встречается и полное наименование: «Ея Императорского Величества войско верных Черноморских казаков».

Черноморское войско приняло участие в основных операциях русско-турецкой войны 1787 - 1791 гг. и к моменту ее окончания имело в своем составе около 12 тысяч человек. Однако следует учитывать, что списочный состав никогда не соответствовал наличному, а если исключить «престарелых, неспособных и малолетних» казаков, то количество реальных бойцов составит приблизительно половину от внесенных в куренные списки.

В 1791 г. умер могущественный покровитель черноморских казаков князь Г. А. Потемкин. С его смертью черноморцы оказались в тяжелом положении: территория между Бугом и Днестром, выделенная им князем в 1790 г. для поселения войска, так и не была юридически закреплена за казаками. Черноморцы остро чувствовали все невзгоды своего положения и шаткость прав на забужские земли. Недаром в одной из казачьих песен звучали такие слова:

«Устань батьку, устань Грыцьку, велыкий гетмане,

Милостивый добродию, вельможный наш пане,

Промов за нас слово;

Проси у царици – все буде готово.

Но «Грицько» не встал, и казакам самим пришлось бороться за свои права. С ноября 1791 г. войсковое руководство начинает активно ходатайствовать о выделении новых земель для поселения. 30 ноября кошевой атаман З. А. Чепега в письме к «правителю дел» покойного князя генерал-майору Попову писал: «… докладываю, что войску Черноморскому в рассуждение многолюдства между рек Буга и Днестра на земле поместиться не можно. А как на Кинбурнской стороне земли с присовокуплением Еникольского округа с Таманом Императрицею и покойным светлейшим князем ассигнованы, да и все тамо князь рыбные ловли сему войску подарил …, вашего превосходительства покорнейше прошу, сжальтесь над лишившимися отца сиротами, будьте Вы им отец и исходатайствуйте у императрицы для них полезное» [9].

В обоснование своей просьбы казаки ссылались на последовавшее еще 14 января 1788 г. разрешение Екатерины II об отводе им для поселения земель в Керченском куте или на Тамани [10]. Однако, решение этого вопроса императрица оставила на усмотрение Г. А. Потемкина, а тот (учитывая, вероятно, что шла война) отложил дело в «долгий ящик». И вот теперь казаки просили выделить уже «ассигнованные» им земли.

И снова желания казаков и правительства совпали, поскольку последнее уже начинало практическую реализацию своего плана военно-казачьей колонизации кубанских земель. В начале февраля 1792 г. в Черноморском войске получили приказ о направлении депутатов для получения царской Грамоты на «новопожалованные земли». Хочу подчеркнуть эту мысль особо, так как в литературе, в первую очередь в околонаучной, упорно муссируется мнение о том, что казаки самостоятельно решили выбрать депутатов и послать их в Петербург «выбивать» землю и Грамоту на нее. При этом игнорируются опубликованные на этот счет документы, да и мнение ряда дореволюционных кубанских историков.

Известный исследователь истории черноморского казачества П. П. Короленко высказался по этому поводу вполне определенно: «Не успели еще черноморцы обжиться на отведенной гетманом земле (т.е. на территории, отведенной казакам Г. А. Потемкиным между Бугом и Днестром), как получили повеление готовиться к новому переселению на высочайше пожалованную войску землю на Тамани». А вот что пишет Е. Д. Фелицын: «… обещание Екатерины Великой дать черноморцам земли на Тамани, сделанные еще в 1788 г. при возникновении войска, было в силе… и в самом деле, вскоре после смерти Потемкина черноморцам было предъявлено требование переселиться на Кубань». Вместе с тем нельзя и недооценивать результаты работы казачьей делегации в столице России.
Примечания

1. Щербина Ф. А. История Кубанского казачьего войска. Т. 1. Екатеринодар, 1910. С. 510.

2. Дружинина Е. И. Северное Причерноморье. 1775-1800. М., 1959. С. 68.

3. Короленко П. П. Предки кубанских казаков на Днестре. Б/м, б/г. КГИАМЗ (Краснодарский государственный историко-археологический музей-заповедник). ПИК-1312; То же // Кубанский сборник. Т. 8. Екатеринодар, 1902. С. 1-203.

4. Голобуцкий В. А. Запорожское казачество. Киев, 1957. С. 421.

5. Туренко А. М. Исторические записки о войске Черноморском (со времени поселения оного на всемилостивейше пожалованной земле по 1831 г.) // Киевская старина. 1887. Т. 17. № 3 (март).

6. ГАКК (Государственный архив Краснодарского края). Ф. 249. Оп. 1. Д. 2829. Л.1.

7. ГАКК. Ф. 249. Оп. 1. Д. 3. Л. 1.

8. Фролов Б. Е. Правовой статус атаманов Черноморского казачьего войска в конце XVIII в. // Дворяне Северного Кавказа в историко-культурном и экономическом развитии региона. Краснодар, 2002. С. 27.

9. ГАКК. Ф. 249. Оп. 1. Д. 152. Л. 6.

10. ПСЗ. Собр. 1. Т. 22. СПб, 1830. Ст. 16605.

для публикации подготовлен

Т. И. Сержановой и В. Г. Маркарьяном
Уважаемый посетитель!
Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Добавление комментария

Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Сбросить