Как железной дороге достались семимильные сапоги - сказка с. Топелиуса

Как железной дороге достались семимильные сапоги - сказка с. Топелиуса

Все сказки мира. английские сказки. Сказки на ночь. Заветные сказки. Скачать сказки бесплатно. Бесплатные сказки читать. сказки читать онлайн Народные английские сказки, детские сказки английских писателей (сказки братьев Гримм, сказки о животных...). … Сказки на английском языке. сказки Сакариаса Топелиуса Как железной дороге достались семимильные сапоги - сказка С. Топелиуса Жили-были на краю света два колдуна. А где край света
— этого никто доподлинно не знает, но если он существует где-нибудь, то не иначе как у Берингова пролива, где Старый и Новый свет смотрят в глаза друг другу. Я там не бывал, но Норденшельд говорит, что туда-таки порядочно далеко.
Итак, там жили два колдуна. Того, который жил на Осткапе, где кончается Азия, звали Бирребурр, а того, который жил на мысе принца Уэльского, где начинается Америка, звали Бурребирр. Пролив между ними был такой ширины, что оба колдуна могли отлично видеть друг друга своими зелеными кошачьими глазами и говорить "будь здоров!", когда сосед чихал.



Оба колдуна прикидывались добрыми друзьями и ездили друг к другу с визитами на китах во всю прыть, так что вода так и кипела кругом. Места, кажется, было вдоволь каждому в своей части света, но они все-таки постоянно завидовали друг другу, и каждый только и думал о том, как бы досадить другому. Они разукрасили свои владения высокими горами, одна выше другой, только для того, чтобы с вершин наблюдать, что каждый делает в своем жилище. Громадное удовольствие доставляло им устраивать бури с вихрем, чтобы хорошенько засорить друг другу глаза песком и мелкими камнями. Еще они занимались тем, что один науськивал белых медведей на скотину другого. Ведь у таких больших помещиков и скотины было вдоволь. Мамонты были их свиньями, киты шли за коров, а моржи за баранов.

Однажды колдуны затеяли игры. Они бросали друг в друга, точно рябиной, большими глыбами гранита; опрокинули целый лес, подожгли его и палили головешками друг другу бороды. Они начали мериться силами и пробовали плечом сдвинуть гору, а под конец чуть не выпили весь океан.

— Нет,
— сказал Бурребирр, вытирая с бороды морскую пену,
— давай-ка ловить солнце, посмотрим, кто его поймает!
Колдуны нашли, что это очень умно придумано. Они порешили, что побегут за солнцем, поймают его за красный воротник и запрячут в мешок. Какая темнота настала бы тогда! И никогда больше бы не пришлось им щуриться от противного дневного света.

— Давайте биться об заклад на одну часть света!
— закричал Бурребирр.
— Я побегу за солнцем в ту сторону, где оно восходит из-за гор.

— Эка штука!
— сказал Бирребурр.
— Надо только лечь спать на горе и пораньше встать, вот и поймаешь солнце за ворот. Нет, уж я поймаю солнце там, где оно садится. Думаю, это будет похитрее.
Ладно, они ударили по рукам и побились об заклад на одну часть света.
И вот оба поспешили домой, чтобы надеть семимильные сапоги.
Бурребирр соображал так: "Я побегу к востоку через Северную Америку, и если мне не удастся изловить солнце на горах Аляски, то уж наверное я поймаю его на Клипбергене".
Бирребурр думал: "Я побегу к западу через Азию, а уж там ничего не может быть легче, как поймать солнце на большой Сибирской равнине
— там есть где разбежаться..." У-у-у! Вот они пустились в путь так, что семимильные сапоги только заскрипели.
Эта погоня за солнцем не обошлась без приключений. Сперва я расскажу про Бурребирра. Он побежал, как и хотел, по Северной Америке через Аляскинскую равнину до самых гор. Пробежать сотни миль через равнину было еще не так трудно, но влезть на высокую гору было нелегкое дело.




— Уф,
— сказал Бурребирр, когда он добрался наконец до самой верхушки,
— нельзя сказать, чтобы это была удобная лестница! Я отдохну тут минутку, пока не взойдет солнце.
Вот он уселся на вершине, наскреб под себя немного мху, чтобы было помягче, да и уснул. Там, на горе, не было будильника, и вот случилось так, что, когда Бурребирр проснулся, солнце уже высоко стояло на небе и светило ему прямо в глаза.

— А-а, так ты еще и смеешься надо мной! Так погоди же: завтра ты не уйдешь от меня на Клипбергене.
Нечего делать, пришлось Бурребирру опять бежать до Клипбергена и карабкаться на его вершину. "Ну теперь-то я не засну,
— подумал он,
— положу себе в бороду осиное гнездо, а в каждый семимильный сапог по муравейнику..." Сказано
— сделано. Легко себе представить, что уж в эту-то ночь Бурребирр не сомкнул глаз ни на минуту. Когда на востоке занялась утренняя заря, он спрятался за уступом скалы и стал сторожить. Мешок был тут же наготове, в него Бурребирр собирался запрятать солнце, как брюкву какую, лишь только оно покажется над скалой.

— Раз... два, три...
— не успел он сосчитать и до десяти, как солнце взошло.
— Вот, вот!
— и Бурребирр схватил солнце, так что только затрещало и искры посыпались. Бурребирру показалось, что он схватился за раскаленное железо. Ай-ай! Бурребирр обжег пальцы, опалил бороду, нос и глаза и полетел с горы, как мяч, прямо в большое Медвежье море. Там нашел его один американский доктор, который отправил его куда-то в лазарет, где он, вероятно, лежит до сих пор с пластырем на носу и ждет, когда отрастет его опаленная борода.
Но что же сталось с Бирребурром? В то время в Кэмпеле, к югу от Улеаборга, жил кузнец по имени Паво, с женой и детьми. Строили там как раз тогда железную дорогу, и у Паво была куча работы. Как-то вечером, когда Паво вернулся домой усталый и уселся с детьми за кашу, его старший сын сказал:


— Отец, в дверь царапается собака.

— Пойди посмотри,
— сказал Паво.
Сын открыл дверь, и в избу ввалился с мешком на спине старый, бородатый, весь в лохмотьях колдун. Дети подняли крик.

— Ну и ну,
— сказал кузнец.
— Кто же ты такой?

— Я Бирребурр. Вот уже трое суток, как я бегу в своих семимильных сапогах: я хочу поймать солнце. В первый вечер солнце уползло на ночь в реку Лену, во второй скрылось в реке Обь, а сегодня оно запряталось как раз за твою избу. Я думал поймать его здесь, но оно, верно, проскользнуло в слуховое окно и улеглось спать на чердаке. Дай-ка мне фонарь: я поищу его там.

— Это еще что за глупости?
— сказал кузнец.
— Ловить солнце!

— Ты ничего не понимаешь! Если хочешь знать, это одна из лучших моих выдумок! Я поспорил с Бурребирром на одну часть света и засуну солнце в мешок, чего бы мне это ни стоило! Эй, давай мне скорее фонарь, не то... и Бирребурр выбил ногой целую стену избы.

— Вот что,
— сказал кузнец.
— Поставь стену на место, а потом мы потолкуем о деле, как добрые друзья. Не отведаешь ли ты, старина, каши?
Старина почесал за ухом, поставил стену на место и уселся за стол, чтобы отведать каши. Только не стоит колдунам садиться за стол с людьми.
Сперва Бирребурр съел кашу, чашку из-под каши и ложку, потом масленку, блюдо с салакой и хлебницу и в заключение весь стол. Тут Кузнец увидел, что колдун посматривает на его детей, и пригласил гостя в кузницу.

— Пожалуйста,
— говорил Паво,
— может быть, тут тебе найдется что-нибудь по вкусу.

— Спасибо,
— ответил колдун.
— Теперь сладкое!
— Он выбрал из горна несколько раскаленных угольев и осторожно, чтобы не опалить бороду, отправил их себе в рот.
— Давненько уже я так вкусно не ужинал. Если к утру проголодаюсь, доем остальное и детей в придачу.

— Да неужто?
— сказал кузнец. Он уже рассердился не на шутку.




— Ну да. Ведь ничего лучше у тебя все равно нет. Но как мне поймать солнце?
— вздохнул колдун.
— Вот было бы хорошо, если бы оно село не в воду. Я бы живо догнал его. Видишь, кузнец, каблуки на моих сапогах? Они сделаны из такого железа, которое бежит само собой.

— Да что ты? А можно ли приковать такой каблук к чему-нибудь еще?

— К чему хочешь. Все побежит само собой. Вот что, кузнец, каблук на моем правом сапоге немного отстал, когда я бежал вчера через Уральские горы. Прикуй-ка его к завтраму, да покрепче.
Кузнец взял правый сапог колдуна, отломил каблук и приделал ему новый из обыкновенного железа. "Ну пусть теперь старое чудовище попрыгает на одной ноге по семи миль. А уж куда девать это железо, мы сообразим". И кузнец, не долго думая, вковал семимильный каблук в колесо от локомотива. "Ну, каблук, теперь ты набегаешься вдоволь!"
— подумал Паво и рассмеялся.
На следующее утро локомотив понесся так, что никакие тормоза не могли его остановить.

— Что случилось?
— кричал железнодорожный мастер.
— Прежде он плелся, точно вол с возом сена, теперь летит, как стрела. Стоп! Стоп!
— кричал железнодорожный мастер. И, о чудо, семимильный каблук понял команду и остановился в ожидании следующих приказаний.

— Да ведь это самый быстроходный локомотив на свете!
— воскликнул восхищенный мастер.

— Да он за три дня пробежит всю Азию,
— отвечал Паво.
Когда Бирребурр проснулся, он натянул свой правый сапог и собрался было опять в погоню за солнцем. Но при первом же шаге левая нога вылетела вперед, точно ядро, а правая тащилась сзади и цеплялась за что попало. Это было очень неудобно. После двух или трех прыжков на одной ноге запыхавшийся Бирребурр вернулся в кузницу. Как ему теперь гоняться за солнцем?
Кузнец Паво, который думал, что отделался от этого голодного чудовища, не на шутку испугался за своих детей и кузницу.

— Послушай, старина,
— сказал он,
— ты забыл в кузнице свой мешок, и я решил услужить тебе. Видел ты, как солнце только что исчезло за облаком? Больше ему этого никогда не сделать! Оно попалось в мой проволочный силок на верхушке сосны, и вот я засунул его в твой мешок.

— В мой мешок? Ах ты мой милейший кузнец, у меня от радости так разыгрался аппетит, что я готов сейчас же съесть тебя.

— Очень благодарен,
— отвечал кузнец,
— но не хочешь ли ты сперва посмотреть на свое солнце в мешке?

— Конечно! Где он?

— Да вот!
И кузнец подал колдуну мешок с поросенком.

— Ишь, как оно кричит и брыкается. Ничего, нечего, пищи себе сколько влезет, теперь уж ты крепко сидишь в мешке, а я выиграл часть света. Теперь уж наступит полная тьма, и колдуны будут царить на всем свете.

— Да ты посмотри,
— сказал кузнец и приоткрыл немного мешок.

— Что ты делаешь? Вдруг оно выскочит? Уж лучше я сам влезу в мешок,
— сказал колдун.
Раз, два, три
— и колдун сидел в мешке, а кузнец сейчас же накрепко затянул веревку. "Какое счастье, что колдуны так непроходимо глупы",
— подумал кузнец, а в мешке поднялась ужасная возня и крик.

— Ой, оно кусает меня,
— кричал колдун.

— И ты кусай,
— ответил кузнец, запер кузницу и пошел отдохнуть от ночных приключений.
Долго ли колдун Бирребурр сидел в мешке, куда он хотел запрятать солнце, и почему он не разорвал этот мешок, этого я тебе хорошенько сказать не могу, так как в газетах про это не писали. Может быть, старик вывихнул себе ногу, когда скакал на одном каблуке.
Слышал я только, что добрый кузнец Паво обещал своему пленнику отвезти его когда-нибудь по железной дороге к Берингову проливу, так как на одной-то ноге туда все равно не доскачешь. И обещанного колдуну не долго ждать, потому что русские уже строят туда дорогу. Ведь теперь у железной дороги семимильные сапоги: ей нетрудно будет пробежать через Азию. Только вот догонит ли железная дорога солнце
— это другой вопрос. Железная дорога, так же как и колдуны, боится воды, а солнце по-прежнему каждый вечер освежается в море.
Уважаемый посетитель!
Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Добавление комментария

Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Сбросить