Пеппи длинныйчулок собирается в путь - vi. Как пеппи принимает дорогого гостя - сказка а. Линдгрен

Пеппи длинныйчулок собирается в путь - vi. Как пеппи принимает дорогого гостя - сказка а. Линдгрен

Все сказки мира. русские, английские сказки. Сказки на ночь. Заветные сказки. Скачать сказки бесплатно. Бесплатные сказки читать. сказки читать онлайн Народные английские сказки, детские сказки сказки Астрид Линдгрен Пеппи Длинныйчулок собирается в путь - VI. Как Пеппи принимает дорогого гостя - сказка А. Линдгрен

Как то вечером Пеппи, Томми и Анника сидели на ступеньках террасы и ели землянику, которую они собрали утром. Вечер выдался на редкость хороший, пели птицы, благоухали цветы в саду. Все вокруг так и дышало покоем. Да к тому же у них было много много земляники. Дети ели ягоды и лишь изредка перекидывались словами. Томми и Анника думали, как хорошо, что лето еще в разгаре, что еще долго долго не надо ходить в школу. О чем думала Пеппи, никто не знал.



– Пеппи, ты здесь живешь уже целый год, – сказала вдруг Анника.
– Да, время бежит незаметно, начинаешь стареть, – отозвалась Пеппи. – Осенью мне стукнет десять лет – лучшие годы уже позади!
– Скажи, ты всегда будешь здесь жить? Ну, не всегда, конечно, но хоть до тех пор, пока не вырастешь и не станешь пиратом? – спросил Томми.
– Этого никто не знает, – ответила Пеппи. – Не думаю, что мой папа решил остаться на своем острове с неграми. Я уверена, что как только он смастерит себе лодку, он приедет за мной.
Томми и Анника вздохнули. И вдруг Пеппи как вихрь слетела со ступенек.
– Глядите, а вот и он! – закричала она и указала пальцем на дорогу.
В мгновение ока Пеппи оказалась у калитки, а Томми и Анника, которые побежали за ней, увидели, как она кинулась на шею какому то очень толстому дяде с рыжими усами, в синей форме моряка.

– Папа Эфроим! – кричала Пеппи и так энергично болтала ногами, повиснув на шее у отца, что ее огромные черные туфли свалились с ног. Папа Эфроим, как ты вырос!
– Пеппилотта Виктуалина Рольгардина Эфроимовна Длинныйчулок, дорогое мое дитя! Я как раз собирался тебе сказать, что ты выросла.
– Я ждала этого, – сказала Пеппи, – поэтому я и решила тебя опередить.
– Малышка, ты такая же сильная, как была?
– Куда сильнее, – ответила Пеппи, – давай померяемся.
– Не сходя с места, – подхватил папа Эфроим. В саду стоял стол. Пеппи и ее папа тут же уселись друг против друга, уперлись локтями в стол и, сцепившись ладонями, принялись давить – кто кого поборет. Томми и Анника не сводили с них глаз. Наверное, только один человек на свете был таким же сильным, как Пеппи. Это ее папа. И теперь они сидели за столом и изо всех сил старались отжать руку другого, но ни одному из них сделать этого не удавалось. В конце концов рука капитана Длинныйчулок стала немножко дрожать, и тогда Пеппи сказала:
– Вот когда мне исполнится десять лет, я тебя обязательно поборю, папа Эфроим. Папа Эфроим тоже так думал.
– Дорогой папа, я ведь забыла вас познакомить, – спохватилась Пеппи, – это Томми и Анника, а это мой отец, капитан и его величество Эфроим Длинныйчулок – ведь правда, ты негритянский король?
– Да, это верно, я король на острове, который называется Веселия. Я попал на него, когда меня ветром сдуло с палубы, ты помнишь?
– Еще бы! Я всегда знала, что ты не утонул.
– Я? Утонул? Да что ты! Скорее верблюд пролезет через игольное ушко. Я плаваю как рыба.
Томми и Анника с изумлением глядели на капитана Длинныйчулок.
– Дядя, а почему вы не в негритянских одеждах? – спросил наконец Томми.
– Они у меня здесь, в сумке, – ответил капитан.
– Надень их, надень их, – закричала Пеппи, – я хочу увидеть своего отца в одежде короля!
Все пошли на кухню. Капитан исчез на минуту в спальне Пеппи, а ребята уселись на скамью и стали ждать.



– Точь в точь как в театре, – сказала Анника, полная напряженного ожидания.
И вот – пак! – распахнулась дверь, и на пороге стоял негритянский король. На нем была набедренная повязка из мочала, на голове золотая корона, на шее несколько рядов крупного жемчуга, в одной руке он держал копье, а в другой – щит. Больше на нем ничего не было, а его толстые волосатые ноги были украшены у лодыжек золотыми браслетами.
– Усомбусор мусор филибусор, – сказал капитан и грозно нахмурил брови.
– Ой, он говорит по негритянски! – восторженно воскликнул Томми. – Что это значит, дядя Эфроим!
– Это значит: «Дрожите, мои враги!»
– Скажи, папа, а негры не удивились, когда ты вышел к ним на берег? – спросила Пеппи.
– Ну конечно, они сперва немного удивились, – ответил капитан, – и собирались взять меня в плен, но когда я голыми руками вырвал из земли пальму, они передумали и тут же выбрали меня королем. Так я и стал жить: по утрам правил островом, а после обеда мастерил лодку, ушло много времени, потому что мне все приходилось делать самому. Когда работа, наконец, была закончена, я объявил островитянам, что вынужден покинуть их на некоторое время, но что я непременно вернусь и привезу с собой принцессу, которую зовут Пеппилотта. И тогда они ударили в свои щиты и закричали: «Усумплусор, усумплусор!»
– Что это значит? – спросила Анника.
– Это значит: «Браво, браво!» Потом я очень усердно правил островом и в течение пятнадцати дней выдал столько всевозможных распоряжений, что их должно хватить на все время моего отсутствия. А потом я поднял парус и направил свою лодку в открытое море, а жители острова кричали мне вслед: «Усумкуку кусу мука!», а это значит: «Возвращайся поскорей, толстый король!» Я взял курс прямо на Сурабаю. И как вы думаете, что я увидел, когда я подплыл к пирсу? Мою старую чудесную шхуну «Попрыгунью»! А на борту стоял мой добрый верный Фридольф и что было силы махал мне рукой. «Фридольф, – сказал я ему, – теперь я снова беру на себя командование шхуной». – «Есть, капитан!» – ответил Фридольф, и я поднялся на капитанский мостик. Фридольф сохранил весь старый экипаж судна. И вот мы приплыли сюда, за тобой, Пеппи. «Попрыгунья» стоит на якоре в порту, так что ты можешь отправиться туда и приветствовать своих старых друзей.

Услышав это, Пеппи от радости вскочила на кухонный стол, сделала стойку на голове и принялась болтать ногами. Но Томми и Аннике стало грустно: было похоже на то, что от них увезут Пеппи.
– А теперь устроим праздник! – воскликнула Пеппи, когда снова встала на ноги, – Теперь мы закатим пир на весь мир!
Она накрыла на кухне стол, и все сели ужинать. Пеппи на радостях засунула себе в рот сразу три крутых яйца, да еще в скорлупе. Время от времени она слегка кусала отца за ухо – так она была счастлива, что снова его видит. Господин Нильсон, который лежал и спал, вдруг проснулся и прыгнул прямо на стол. А когда он увидел капитана Длинныйчулок, стал потешно тереть глаза от изумления.
– Я рад, что ты не рассталась с господином Нильсоном, – сказал капитан.
– У меня есть и другие домашние животные, – заявила Пеппи и, выбежав на террасу, внесла в кухню лошадь, которая по случаю праздника тоже получила крутое яйцо.
Капитан Длинныйчулок был очень горд, что его дочь так прекрасно всем распорядилась во время его отсутствия, и рад, что у нее оказался чемодан с золотыми монетами, так что ей не пришлось терпеть никаких лишений.
Когда кончился ужин, капитан вынул из своей сумки барабан, настоящий негритянский барабан, на котором отбивают ритм во время танцев и жертвоприношений. Капитан сел на пол и начал бить в барабан. Кухню заполнили странные, гулкие, ни на что не похожие звуки – Томми и Анника таких еще никогда в жизни не слышали.
– Негритянская музыка, – объяснил Томми Аннике.



И тогда Пеппи скинула с ног свои огромные черные туфли и в одних носках принялась танцевать какой то удивительный танец. Под конец король Эфроим исполнил дикую пляску воинов так, как ее танцевали там, на острове Веселия. Он размахивал копьем, делал какие то причудливые движения щитом, а его пятки так усердно стучали, что Пеппи закричала:
– Сейчас под нами провалится пол.
– Неважно! – крикнул капитан и закружился в еще более бешеном ритме. – Ведь теперь ты будешь негритянской принцессой, цветок моего сердца!
И тогда Пеппи подскочила к отцу и заплясала вместе с ним. Они выделывали друг перед другом такие невероятные фигуры, издавали такие странные вопли и прыгали так высоко, прямо выше головы, что в конце концов у Томми и Анники, которые не сводили с них глаз, закружилась голова. Видно, господину Нильсону тоже стало дурно, потому что он забился в угол и зажмурился.
Постепенно этот дикий танец перешел в борьбу. Капитан подкинул свою дочь, и она угодила прямо на полку с посудой. Но там она просидела недолго. С диким криком прыгнула Пеппи через всю кухню прямо на папу Эфроима, схватила его за плечи и так пихнула головой вперед, что он, как метеор, пронесся под потолком и через открытую дверь угодил прямо в чулан. Поленница рухнула, дрова завалили его толстые ноги, и он никак не мог выбраться: уж очень он был тучен, да к тому же сотрясался от смеха. Его хохот звучал как раскаты грома. Пеппи потянула отца за пятки, чтобы помочь ему, но он захохотал еще пуще, так что стал задыхаться: оказывается, он очень боялся щекотки.
– Не щекочи меня, – стонал он, – лучше кинь меня в море или вышвырни через окно. Делай что хочешь, но только не щекочи меня!
Капитан смеялся так, что Томми и Анника испугались: не рухнет ли дом? В конце концов ему все же удалось выбраться из чулана и встать на ноги. Даже не передохнув, он тут же кинулся на Пеппи и швырнул ее на другой конец кухни. Она упала лицом прямо на плиту и измазалась сажей.
– Ха ха ха, вот вам и настоящая негритянская принцесса, – радостно закричала Пеппи и повернула ставшее черным как уголь лицо к Томми и Аннике.
Потом, она издала еще один вопль и кинулась на отца, схватила его и стала кружить с такой силой, что браслеты его зазвенели, а золотая корона упала на пол и закатилась под стол. В конце концов Пеппи удалось повалить капитана на пол. Она села на него верхом и спросила:
– Живота или смерти?
– Живота! Живота! – задыхаясь, крикнул капитан Длинныйчулок, и они снова принялись хохотать, а потом Пеппи слегка укусила его за нос.
– Я ни разу так не веселился с тех пор, как мы с тобой выставляли пьяных матросов из кабачка в Сингапуре! – сказал капитан и полез под стол за своей короной. – Вот бы сейчас посмотрели на меня мои подданные: их величество лежит под столом на кухне.
Капитан надел корону на голову и стал расчесывать мочало своей набедренной повязки – она сильно поредела после игры с дочкой.
– Боюсь, папа, тебе придется отдать ее в художественную штопку, – сказала Пеппи.
– Пожалуй, это уже не поможет, – сокрушенно заметил капитан.
Он сел на пол и вытер пот со лба.
– Пеппи, дитя мое, ты так же хорошо врешь, как прежде? – спросил он.
– Когда у меня есть время, папа, но это нечасто случается, к сожалению, – скромно ответила Пеппи. – А у тебя как обстоит дело с враньем? Ты ведь тоже был большой мастер по этой части.
– Своим подданным я обычно вру по субботам в награду за усердную работу в течение всей недели. Мы устраиваем вечера вранья под барабан, а потом танцы и факельные шествия. И знаешь, чем больше я вру, тем вдохновеннее они бьют в барабаны.
– У меня, папа, дело обстоит хуже: моему вранью никто не аккомпанирует. Я хожу по дому одна одинешенька и вру сама себе, но, правда, с таким удовольствием, что даже слушать приятно. Вот недавно, перед тем как заснуть, я наврала себе про теленка, который умел плести кружева и лазить на деревья, и получилось так здорово, что я поверила каждому слову. Да, это называется навраться всласть! И все таки никто при этом не играет на барабане.
– Не огорчайся, дочка, ври всласть, а на барабане буду играть я, – сказал капитан Длинныйчулок, тут же схватил барабанные палочки, и великолепная дробь чуть не оглушила детей. Он лупил в барабан в честь своей дочери, а Пеппи забралась к нему на колени и прижалась вымазанной сажей щекой к его подбородку, который тут же стал черным.
Анника сидела в углу и о чем то сосредоточенно думала.
Она никак не могла решить, вежливо ли будет, если она выскажет то, что не дает ей покоя.
– Врать – плохо, – сказала она наконец, собравшись с духом, – так говорит наша мама.
– До чего же ты глупа, Анника, – сказал Томми – Ведь Пеппи врет не по настоящему, а понарошке. Она просто сочиняет всякие сказки, и все. Неужели ты этого не понимаешь?
Пеппи задумчиво поглядела на Томми.
– Из тебя, Томми, наверно, выйдет великий человек, – сказала она. – Ты так умно рассуждаешь.
Наступил вечер. Томми и Аннике надо было идти домой. Они провели великолепный день, так интересно было увидеть настоящего негритянского короля. А какое это было счастье для Пеппи вновь найти своего папу! И все же... и все же...
Томми и Анника уже лежали в своих постелях, но они не болтали как обычно. В детской царила полная тишина. И вдруг послышался вздох. На этот раз вздохнула Анника.
– Чего это ты развздыхалась, – раздраженно сказал Томми, – только спать мешаешь.
Но Анника не ответила. Она лежала, накрывшись с головой одеялом, и плакала.
Уважаемый посетитель!
Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Добавление комментария

Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Сбросить